Вы здесь

Автор и его герои в романе «Отцы и дети»

 
 
 

Автор и его герои в романе «Отцы и дети»

И. С. Тургенев - один из тех писателей, которых отличает необыкновенно тонкое и органичное слияние реалистически-конкретного эпического изображения с лиризмом. Все его критики единодушно отмечают «горячность чувства» в его произведениях. Он рассказывает о своих героях «как о людях, близких ему, выхватывает из груди их горячее чувство и с нежным участием, с болезненным трепетом следит за ними... сам страдает и радуется вместе с лицами, им созданными...» (Н. А. Добролюбов).

По романам И.С. Тургенева можно изучать эпоху: так полно отразились в них идеи, события, люди современной ему эпохи. Вместе с тем перед читателем предстает сама личность автора, благородная, своеобразная, талантливая. «У Тургенева лиризм составляет внутреннюю сущность его художественного мироощущения... выражает его отношение к изображаемому.

 

Лиризм органически входит в тургеневскую концепцию характеров, даже в изображение обстоятельств» (Н. И. Пруцков).

Отношение автора к героям более всего выражается при создании портрета. О внешности Павла Петровича Кирсанова говорится в «Отцах и детях» очень много. Но значит ли это, что автор любуется этим героем, его выхоленностыо, безукоризненным вкусом в одежде? Отнюдь. При его описаниях часто сквозит тонкая ироническая усмешка. Тургенев не забывает сказать о внешности Павла Петровича в самых, казалось бы, не подходящих для этого моментах.

Например, в сцене болезни после дуэли. Ситуация драматическая, но целый ряд бытовых деталей, часто комических, снижают образ романтического страдальца, так что совершенно исчезает ощущение драматизма. Вряд ли автор стал бы так писать о духовно близком человеке.

Особенно ярко проявляются симпатии и антипатии автора при описании женских характеров.

Простенькая, но искренняя и милая Фенечка неизменно вызывает его симпатию. Он любуется ее движениями, походкой, улыбкой, даже не совсем правильной речью.

Тургенева явно привлекают ее непосредственность, искренность, стыдливость. В совершенно иной манере дается зарисовка Евдоксии Кукшиной. Здесь нескрываемая (почти базаровская) насмешка и даже брезгливость. Ее неряшливый, растрепанный вид воспринимается как отражение ее нелепых, вздорных притязаний на роль «эманципе». Отдельные детали внешности просто отталкивающи, карикатурны (обнаженная десна при смехе, побуревшие от табака пальцы). А вот на балу «безо всякой кринолины и в грязных перчатках, нос райской птицей в волосах» она просто беспомощно жалка: никто не приглашает ее танцевать, и она пытается изобразить, что это ей безразлично.

В описании Анны Сергеевны Одинцовой совершенно другая авторская интонация. Писатель как бы сам подпадает под обаяние этой незаурядной женщины, ее спокойной красоты, «ласковой и мягкой силы». И даже в сцене сватовства Аркадия к Катерине Сергеевне, где женское самолюбие Одинцовой уязвлено, автор не позволяет себе и тени насмешки над ней.

Лиричность автора проявляется в описании внутренней жизни героев. Испытание героев любовью - излюбленная ситуация тургеневских романов. В описании этого необыкновенно поэтического, священного чувства Тургенев великий мастер. И всегда на этих страницах мы ощущаем присутствие самого автора, который следит за своими героями «с непонятным участием и болезненным трепетом».

Психологическое состояние героев изображается словно изнутри, с помощью внутренних монологов. Это придает повествованию лирическую приподнятость. Но так бывает только с героями, духовно близкими Тургеневу. «Николай Петрович - это я...» - скажет писатель в одном из своих писем. Сочувствием переживаниям этого персонажа пронизаны многие сцены, связанные с ним. Например, эпизод в саду, после столкновения Павла Петровича и Базарова. Воспоминания Николая Петровича рисуются на фоне трогательно прекрасного летнего вечера, который своей поэтической прелестью созвучен его тихой грусти. История его любви проста и даже банальна, но каким пониманием, сопереживанием автора окрашено повествование о ней! Язык этого описания, его интонация, лирический тон трогают до глубины души, и «ищущая, неопределенная, печальная тревога» не унимается не только в герое, но и в читателе.

До сих пор не утихают споры об отношении Тургенева к Базарову, хотя сам автор не раз высказывался по этому поводу уже после выхода романа в свет. Безусловно, Тургенев не мог сочувствовать Базарову в его нигилизме, особенно в отношении к природе, искусству, красоте. Но в описаниях Базарова (ни в портрете, ни в речи, ни в авторских характеристиках) нигде не встретим мы сарказма, иронии, карикатуры. Конечно, здесь нет той теплоты и участия, какие проявлял автор к тому же Николаю Петровичу. Но, несомненно, чувство Базарова к Одинцовой описано с огромной симпатией и ощущением внутреннего драматизма. В трагической ситуации неразделенной любви автор проявляет уважение к силе чувства, выдержке и благородству героя. Описание болезни и смерти Базарова дано в подлинно трагических тонах, с огромной художественной силой. Это лучшие страницы романа.

Вмешательство автора чувствуется в построении диалогов, в комментариях к речи героев. Авторские ремарки к высказываниям Павла Петровича, Аркадия показывают его слегка ироническое к ним отношение. Особенно язвительным становится авторский комментарий, когда он рисует Ситникова и Кукшину.

Есть в романе и прямые авторские высказывания: «Нигде время так не бежит, как в России: в тюрьме, говорят, оно бежит еще скорей». Это обобщение глубоких раздумий о русской действительности. Нередко эти размышления принимают форму вопроса, рассуждения вслух, что делает их особенно лиричными: «Неужели любовь, святая, преданная любовь не всесильна?.. »

Подытоживая наблюдения над некоторыми способами проявления авторской позиции в романе «Отцы и дети», можно сделать вывод о том, что авторские оценки почти всех персонажей и оценки его главного героя во многом совпадают. Автор как бы попадает под влияние мятежной страстной и сильной личности Базарова. Но, как и с Аркадием, это длится непродолжительное время. Отдавая дань своему герою, Тургенев в главном, основополагающем противостоит Базарову. Он противопоставляет Базарову не каких-либо героев, а «жизнь человеческую, в самом широком ее значении», «природу во всей ее красоте». Заканчивается роман величественным гимном природе, как символу «вечных начал человеческой жизни... которые могут бесконечно изменять свои формы, но в сущности остаются неизменными». Именно благодаря такой авторской позиции, тому, что Тургенев «...имел твердую цель во временном указать на вечное», роман не остался литературным памятником, а стал, по выражению Н. Н. Страхова, произведением «всегдашним».

 

Добавить комментарий.

Filtered HTML

  • Адреса страниц и почты преобразуются в ссылки автоматически
  • Разрешённые HTML-теги: <a> <em> <strong> <cite> <blockquote> <code> <ul> <ol> <li> <dl> <dt> <dd>
  • Переносы строк и абзацы формируются автоматически
Обновление Type the characters you see in this picture. Type the characters you see in the picture; if you can't read them, submit the form and a new image will be generated. Not case sensitive.  Switch to audio verification.