Вы здесь

Великая Отечественная война в произведениях писателей и поэтов

 
 
 

Великая Отечественная война в произведениях писателей и поэтов

Тема Великой Отечественной войны — необычная тема... Необычная, потому что написано о войне так много, что не хватит целой книги, если вспоминать только названия произведений. Дата 9 Мая наполняет сердца гордостью за подвиг многонационального советского народа, выигравшего битву с фашизмом, и печалью: миллионы сыновей и дочерей Отечества навсегда остались лежать в своей и чужой земле. Необычная, потому что никогда не перестанет волновать людей, бередя старые раны и душу болью сердца. Необычная, потому что память и история в пей слились воедино.

Я, как и все мои ровесники, не знаю войны. Не знаю и не хочу войны, Но ведь ее не хотели и те, кто погибал, не думая о смерти, о том, что не увидят больше ни солнца, ни травы, ни листьев, ни детей. Книга Бориса Васильева «А зори здесь тихие» потрясла меня до глубины души. Рита, Женя, Лиза, Галя, Соня — это те пять девчонок, которые вступили в неравную борьбу с фашистами. Все они очень близки мне, в каждой из них я нахожу немного от себя. Я даже не знаю, кто из них мне ближе. Они все такие разные, но такие похожие.

Рита Осянина, волевая и нежная, богатая душевной красотой. Она — самая мужественная, бесстрашная, волевая, она — мать!.. Женька Комелькова — веселая, смешливая, красивая, озорная до авантюризма, отчаянная и уставшая от войны, от боли и любви, долгой и мучительной, к далекому и женатому человеку. Соня Гурвич — воплощение ученицы-отличницы и поэтическая натура — «прекрасная незнакомка», вышедшая из томика стихов А. Блока. Лиза Бричкина... «Эх, Лиза-Лизавета, учиться бы тебе!» Учиться бы, повидать бы большой город с его театрами и концертными залами, его библиотеками и картинными галереями... А ты, Лиза... Война помешала! Не найти тебе своего счастья, не слушать тебе лекций: не успела увидеть все, о чем мечтала! Галя, так и не повзрослевшая, смешная и по-детски неуклюжая детдомовская девчонка. Записки, побег из детского дома и тоже мечты... стать новой Любовью Орловой.

Никто из них не успел осуществить свои мечты, просто не успели они прожить собственную жизнь. Смерть была у всех разная, как разными были и их судьбы: у Риты — усилие воли и выстрел в висок, у Жени — отчаянная и немного безрассудная (могла бы спрятаться и остаться жить, но не спряталась); у Сони — удар кинжала в сердце; у Гали — такая же болезненная и беспомощная, как она сама; у Лизы — «Ах, Лиза-Лизавета, не успела, не смогла одолеть трясину войны». И остается старшина Васков один. Один среди беды, муки, один со смертью, один с тремя пленными. Один ли? Впятеро у него теперь сил. И что было в нем лучшего, человеческого, но спрятанного в душе, все раскрылось вдруг, и что пережил, перечувствовал он за себя и за них, за его девчонок, его «сестричек». Как сокрушается старшина: «Как это жить-то теперь? Почему это так? Ведь не умирать им надо, а детей рожать, ведь матери — они!». Поневоле наворачиваются слезы, когда читаешь эти строки. Но надо не только плакать, надо помнить, потому что мертвые не уходят из жизни тех, кто их любил. Они только не стареют, оставаясь в сердцах людей вечно молодыми.

В этой книге тема войны повернута той непривычной гранью, которая воспринимается особенно остро. Ведь все мы привыкли сочетать слова «мужчины» и «война», а здесь женщины, девушки и война. И вот эти девушки встали посреди русской земли: леса, болот, озер, — против врага, сильного, выносливого, хорошо вооруженного, беспощадного, который и по числу значительно превосходит их. Но они не пропустили никого, стояли насмерть до конца, и были их сотни и тысячи патриотов, отстоявших свободу Отчизны. И мне было бы трудно без книги Б. Васильева жить, учиться, быть настоящим человеком.

Еще одну страницу Великой Отечественной войны открыл передо мной писатель Виталий Закруткин. В его книге «Матерь человеческая» показана другая сторона войны: сожжены врагом станицы и хутора, обессилевшая от горя Мария осталась одна на пепелище. На женские плечи легло страшное горе, которое испытал не один советский человек в дни войны; «Враги сожгли родную хату, убили всю ее семью...». Женщина никуда не может уйти от сгоревшего дома: здесь погибшие муж и сын, здесь она снова должна стать матерью, сберечь здесь теплившийся огонь, чтобы на земле не угасла жизнь. Это помогает Марии выжить, и не просто выжить, а стать матерью и своему ребенку, и осиротевшим детям из Ленинграда.

Мать — хранительница Жизни. Эта высокая гуманная мысль воплощена Закруткиным в очень сильной сцене, когда Мария, охваченная ненавистью и жаждой мести, поднимает острые вилы, чтобы казнить вражеского солдата, спрятавшегося в погребе. Но он, оказывается, ранен и безоружен, он совсем еще юнец; его пронзительный крик «мама!» обезоруживает женщину. Наверное, она могла бы убить фашиста в бою, но она — мать — не может мстить поверженному врагу.

Мария — человек сильный; в труде находит она смысл своего существования. Женщина в одиночку собрала урожай на брошенных полях, сберегла колхозный скот. Все это для живых, во имя жизни. И поэтому опускается перед Марией на колени и целует с благодарностью ее маленькую натруженную руку воин — командир кавалерийского полка. Нет таких темных, злых сил, которые могли бы сломить народную волю, народную душу, победить добрые начала в человеке, убить жизнь. На мой взгляд, природу истинной храбрости прекрасно выразил Антуан де Сент-Экзюпери: «А мне плевать па презрение к смерти. Если корни его (героизма) не в сознании ответственности, он — лишь свойство нищих духом...».

Корни героизма персонажей Василя Быкова — в сознании своей ответственности, твердой убежденности в непобедимости правого дела. Возьмем, например, повесть В. Быкова «Сотников». Уже в самом начале ее виден резкий контраст между сильным, энергичным, удачливым Рыбаком и молчаливым, угрюмым, больным Сотниковым. Этот внешний контраст помогает нам сосредоточить внимание на духовной сущности героев. Когда на их долю выпало страшное испытание, в тот миг, когда проверяется истинная ценность человека, Рыбак обнаружил постыдное малодушие и согласился ради своего спасения стать полицаем, а Сотников погиб как герой.

Гибель Сотникова стала его нравственным триумфом. По-разному проявляется и страстная любовь к жизни, присущая обоим героям. Рыбак просто хочет жить — во что бы то ни стало, чего бы это ни стоило ему: «Он еще и теперь не терял надежды, каждую секунду ждал случая, чтобы обойти судьбу и спастись». О Сотникове сказано другое: «И если что-либо еще заботило его в жизни, так это последние его обязанности по отношению к людям». В этом проявилось убеждение писателя в том, что от каждого зависит все.

А от нас сейчас зависит, сохраниться ли память о погибших. Она священна. Не потому ли стучит в нашем сердце ненависть, когда мы читаем поэму А. Вознесенского «Ров» о нелюдях, копающихся в черепах расстрелянных возле Феодосийского шоссе?! Не могилы они обворовывают, не в жалких золотых граммах презренного металла дело, а души они обворовывают, души погребенных, свои, наши! Как заклинание звучат слова Р. Рождественского:

Люди! Покуда сердца стучатся,
Помните! Какой ценой завоевано счастье,
Пожалуйста, помните!

 

Добавить комментарий.

Filtered HTML

  • Адреса страниц и почты преобразуются в ссылки автоматически
  • Разрешённые HTML-теги: <a> <em> <strong> <cite> <blockquote> <code> <ul> <ol> <li> <dl> <dt> <dd>
  • Переносы строк и абзацы формируются автоматически
Обновление Type the characters you see in this picture. Type the characters you see in the picture; if you can't read them, submit the form and a new image will be generated. Not case sensitive.  Switch to audio verification.